СОЮЗ АРБИТРАЖНЫХ УПРАВЛЯЮЩИХ
“КОНТИНЕНТ”

(саморегулируемая организация)

Санкт-Петербург, пер. Крылова, д.1/24
Последняя модификация: 05.09.2018

Арбитражная практика

Проект Федерального закона "О внесении изменений в Федеральный закон "О публично-правовой компании по защите прав граждан - участников долевого строительства при несостоятельности (банкротстве) застройщиков и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" и отдельные законодательные акты"

Минстрой России предлагает скорректировать правила заключения договоров участия в долевом строительстве застройщиком-банкротом

Согласно проекту:

застройщики, не удовлетворяющие требованиям, необходимым для получения права на привлечение денежных средств дольщиков для строительства многоквартирного дома на основании договора участия в долевом строительстве, в случаях, предусмотренных Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", вправе заключать договоры участия в долевом строительстве, и на таких застройщиков не распространяются требования об уплате взносов в компенсационный фонд, о размещении денежных средств участников долевого строительства на счетах эскроу;

договор страхования либо договор поручительства не представляются для государственной регистрации договора участия в долевом строительстве в случае, если договор участия в долевом строительстве заключается застройщиком с публично-правовой компанией "Фонд защиты прав граждан - участников долевого строительства" в целях финансирования мероприятий по завершению строительства объектов незавершенного строительства;

орган регистрации прав отказывает в государственной регистрации договоров участия в долевом строительстве, если застройщик,
в отношении которого арбитражным судом принято решение о признании его банкротом и об открытии конкурсного производства, заключает договор участия в долевом строительстве не с публично-правовой компанией
"Фонд защиты прав граждан - участников долевого строительства";

в целях финансирования мероприятий по завершению строительства объектов незавершенного строительства, в отношении которых привлекались средства участников строительства и/или средства участников долевого строительства, конкурсным управляющим (внешним управляющим) в ходе конкурсного производства (внешнего управления) от имени застройщика могут заключаться с фондом договоры, предусматривающие передачу жилых и нежилых помещений в объекте незавершенного строительства, в том числе договоры участия в долевом строительстве. Права требования по таким договорам не могут быть уступлены до получения разрешения на ввод в эксплуатацию объекта строительства. Заключение указанных договоров с иными лицами не допускается;

возможна передача приобретателю объекта незавершенного строительства, права собственности на который невозможно зарегистрировать (котлованов).


Определение Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 304-ЭС18-3461 по делу N А02-524/2016

Лишение финансового управляющего возможности обжалования частного определения арбитражного суда ограничивает его право на судебную защиту

В процессе рассмотрения дела о признании должника несостоятельным (банкротом) арбитражный суд по своей инициативе вынес частное определение, в котором указал на ненадлежащее исполнение обязанностей финансового управляющего, выразившихся, в частности, в неоткрытии специального счета для перечисления денежных средств третьим лицом, подавшим заявление о намерении погасить требования кредиторов должника, заключении договора купли-продажи имущества при наличии принятых судом обеспечительных мер, запрещающих проводить торги по реализации имущества должника, непринятии своевременных мер по устранению допущенных нарушений. Суд также обратил внимание на непринятие финансовым управляющим мер по сохранности имущества должника, содействие в выводе имущества из конкурсной массы, нарушение прав и законных интересов должника и кредиторов, недобросовестность и злоупотребление правом.

Верховный Суд РФ подчеркнул, что институт частного определения направлен на устранение нарушений законности органами публичной власти, должностными и иными лицами, которые выявлены арбитражным судом в ходе судебного процесса. Неисполнение частного определения влечет предусмотренную законодательством ответственность.

Обжалование частного определения нормами Арбитражного процессуального кодекса РФ не предусмотрено. Вместе с тем, поскольку частное определение непосредственно затрагивает права и законные интересы лиц, в отношении которых оно вынесено, последние должны иметь возможность представить свои возражения относительно установленных таким судебным актом обстоятельств и данной судом правовой оценки.

В рассмотренном деле обжалуемое частное определение содержит выводы о недобросовестном исполнении обязанностей финансового управляющего имуществом должника и злоупотреблении правом, что умаляет его авторитет как субъекта профессиональной деятельности и влечет для него соответствующие правовые последствия, вплоть до утраты статуса арбитражного управляющего. При этом в рамках дела о банкротстве должника жалобы на действия финансового управляющего не рассматривались.

Поскольку восстановление нарушенных принятием незаконного и необоснованного судебного акта прав и законных интересов лица осуществляется через механизм его обжалования, лишение финансового управляющего такой возможности ограничивает гарантированное Конституцией РФ право на судебную защиту.


Апелляционный суд решил, что криптовалюта может входить в конкурсную массу как иное имущество

Девятый арбитражный апелляционный суд отменил определение нижестоящего суда, который отказался включать криптовалюту в конкурсную массу должника.

Апелляционный суд посчитал, что понятие "иное имущество" с учетом современных экономических реалий и информационных технологий можно толковать максимально широко. Поэтому криптовалюту нельзя расценивать иначе как иное имущество.

В отношении содержимого криптокошелька банкрот осуществляет полномочия, близкие к тем, которые есть у собственника. Должника обязали передать финансовому управляющему пароль от криптокошелька для пополнения конкурсной массы.

Документ: Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.05.2018 по делу N А40-124668/2017 (https://kad.arbitr.ru/PdfDocument/3e155cd1-6bce-478a-bb76-1146d2e61a4a/58af451a-bfa3-4723-ab0d-d149aafecd88/A40-124668-2017_20180515_Postanovlenie_apelljacionnoj_instancii.pdf)

Нельзя пересмотреть дело по новым обстоятельствам из-за обзора практики ВС РФ

Конкурсный управляющий потребовал пересмотра дела в связи с новым обстоятельством, которым посчитал позициюв обзоре практики ВС РФ.

Суды, включая окружной, отказали в пересмотре, поскольку обзоры судебной практики Верховного суда не включены в перечень новых обстоятельств. Кроме того, в обзоре нет указания на придание ему обратной силы.

Отметим, что эта позиция является преобладающей. Ее придерживаются, в частности, АС Северо-Западного округа и АС Московского округа.

Однако в практике АС Центрального округа есть пример другого подхода. Обзор ВС РФ был признан новым обстоятельством, поскольку является официальной позицией высшей судебной инстанции по вопросам судебной практики и направлен на единообразное и правильное применение судами законодательства.

Документ: Постановление АС Уральского округа от 13.03.2018 по делу N А50-17726/2016


Суд: криптовалюта не может входить в конкурсную массу должника

Арбитражный суд города Москвы не стал удовлетворять ходатайство финансового управляющего и включать криптовалюту в конкурсную массу. Отказ обоснован следующим:

- криптовалюта не относится ни к одному из объектов гражданских прав;

- операции с криптовалютами находятся вне правового поля и их нельзя обеспечить принудительной силой государства;

- из-за анонимности пользователей и отсутствия контролирующего центра нельзя достоверно установить, кому именно принадлежит криптовалюта в криптокошельке.

Отметим, что Минфин и Центробанк подготовили законопроекты, которые призваны урегулировать статус криптовалюты.

Документ: Определение АС г. Москвы от 05.03.2018 по делу N А40-124668/17-71-160Ф

Верховный суд напомнил про "бонусы" для залогодержателя при банкротстве должника

После принятия к производству заявления о признании должника банкротом должник передал залоговому кредитору имущество в качестве отступного по кредитному обязательству. Конкурсный управляющий должника полагал, что этим залоговому кредитору было оказано предпочтение перед другими кредиторами. Нижестоящие суды поддержали конкурсного управляющего, сделка по передаче отступного была признана недействительной. ВС РФ с ними не согласился и отправил дело на новое рассмотрение.

Суд напомнил, что залогодержатель вправе получить удовлетворение своих требований за счет стоимости заложенного по кредитному обязательству имущества приоритетно перед остальными кредиторами в части 80% от стоимости данного имущества. Если такие требования удовлетворены вне очередности в рамках этих 80%, нельзя считать, что кредитор получил предпочтение.

Нижестоящие суды не должны были признавать сделку об отступном недействительной в целом. Им следовало определить долю оказанного по оспариваемой сделке предпочтения. На это обращал внимание еще ВАС РФ.

Документ: Определение ВС РФ от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098(2)


Определение Верховного Суда РФ от 29.01.2018 N 310-ЭС17-13555 по делу N А14-3727/2016

Для правильного определения начала течения срока исковой давности необходимо, в том числе, определить, какое именно право обращающегося за судебной защитой лица нарушено в том или ином случае

ФНС России обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании сельскохозяйственной артели несостоятельной (банкротом).

В ходе конкурсного производства в реестр требований кредиторов артели включены требования кредиторов на сумму 8 169 434 рубля 79 копеек. Арбитражным управляющим сформирована конкурсная масса, от реализации которой получено 5 271 962 рубля 51 копейка. Данные денежные средства израсходованы на погашение текущих обязательств. Требования кредиторов, включенные в реестр, остались непогашенными.

После завершения конкурсного производства арбитражным судом с ФНС России как с заявителя по делу о банкротстве было взыскано вознаграждение в пользу арбитражного управляющего, а также вознаграждение за оказанные услуги в пользу привлеченных им лиц в общей сумме 832 043 рубля 1 копейка.

Сославшись на то, что в результате действий арбитражного управляющего конкурсная масса уменьшилась, в том числе на 1 083 266 рублей 67 копеек, что стало причиной нехватки средств для погашения возникших впоследствии судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, переложенных на ФНС России, уполномоченный орган обратился в арбитражный суд с иском о взыскании с арбитражного управляющего 832 043 рублей 1 копейки в возмещение убытков.

Арбитражный управляющий заявил о пропуске срока исковой давности.

Удовлетворяя исковое требование, суд первой инстанции исходил из того, что обращение уполномоченного органа о взыскании денежных средств в свою пользу основано на возмещении им как заявителем расходов по делу о банкротстве, возникших вследствие неправомерных действий арбитражного управляющего. Возможность предъявления такого требования у ФНС России появилась только после взыскания с нее сумм упомянутых расходов. С учетом этого суд признал срок исковой давности непропущенным. Ранее поданное уполномоченным органом заявление о возмещении убытков, рассмотренное в деле о банкротстве, имело под собой иное основание, являлось, по своей сути, косвенным иском, направленным на защиту интересов должника и всех его кредиторов путем взыскания денежных средств в конкурсную массу.

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда первой инстанции, исходил из пропуска срока исковой давности, согласившись с наличием у уполномоченного органа права на иск в материальном смысле. Как указал суд, недостаточность имущества, в связи с которой оплата расходов по делу о банкротстве была возложена на ФНС России, находится в причинно-следственной связи с действиями, совершенными арбитражным управляющим в 2010 году, то есть за пределами срока исковой давности.

Суд округа согласился с выводами суда апелляционной инстанции.

В свою очередь, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ отметила следующее.

В рамках рассмотрения дела суды апелляционной инстанции и округа сочли, что начало течения срока исковой давности связано с моментом осведомленности уполномоченного органа о совершении арбитражным управляющим незаконных действий по расходованию средств должника.

Однако по общему правилу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ начало течения срока исковой давности зависит, прежде всего, от того, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Следовательно, для правильного определения начала течения срока исковой давности необходимо, в том числе, определить, какое именно право обращающегося за судебной защитой лица нарушено в том или ином случае.

Моменты получения истцом (заявителем) информации об определенных действиях ответчика и о нарушении этими действиями его прав могут не совпадать. При таком несовпадении исковая давность исчисляется со дня осведомленности истца (заявителя) о негативных для него последствиях, вызванных поведением нарушителя.

Обращаясь с заявлением о возмещении убытков в рамках дела о банкротстве артели, уполномоченный орган, действуя в интересах гражданско-правового сообщества, объединяющего всех кредиторов, полагал, что в результате необоснованного завышения текущих расходов на оплату услуг привлеченного лица пострадали интересы данного сообщества, что выразилось в невозможности наиболее полного погашения требований кредиторов.

Предъявляя иск по настоящему делу, ФНС России преследовала защиту другого материального интереса, заключающегося в минимизации собственных расходов - судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему, отнесенных на уполномоченный орган на основании пункта 3 статьи 59 Закона о банкротстве как на кредитора с особым статусом - заявителя по делу о банкротстве.

Суды апелляционной инстанции и округа не приняли во внимание, что заявитель по делу о банкротстве объективно имеет интересы, выходящие за рамки интересов обычного кредитора. Так, основной интерес кредитора состоит в получении из конкурсной массы денежных средств в счет погашения обязательства должника (интерес в приросте имущества кредитора за счет конкурсной массы). Интерес же заявителя по делу о банкротстве, помимо этого, состоит и в том, чтобы на него не были переложены негативные последствия нехватки у должника средств на финансирование процедур несостоятельности (интерес в недопущении уменьшения имущественной массы заявителя в результате инициирования им дела о банкротстве).

Срок исковой давности для ФНС России как кредитора артели (истца по заявленному в деле о банкротстве косвенному иску) действительно начал течь с момента осведомленности уполномоченного органа о совершении арбитражным управляющим незаконных действий по расходованию средств должника, поскольку именно с этого момента кредитор не мог не знать о нарушении его права на получение причитающегося из конкурсной массы. О нарушении же права заявителя по делу о банкротстве (о посягательстве на уже имеющееся у заявителя имущество) последний должен узнать в момент, когда он объективно имел возможность получить информацию о совокупности фактов: о противоправном расходовании управляющим конкурсной массы, о недостаточности оставшейся конкурсной массы для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему и о предъявлении заявителю требования о компенсации названных расходов за его счет.

Следовательно, оснований для признания срока исковой давности пропущенным по мотивам, приведенным судами апелляционной инстанции и округа, не имелось.

В цену иска ФНС России включила два вида своих затрат: во-первых, суммы, взысканные с нее в пользу арбитражного управляющего в качестве его вознаграждения; во-вторых, суммы, взысканные с уполномоченного органа в пользу лиц, привлеченных для обеспечения проведения процедур банкротства.

В отношении первого вида затрат Судебная коллегия отмечает следующее.

Если возложение на заявителя по делу о банкротстве расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему вызвано неправомерным расходованием самим арбитражным управляющим конкурсной массы, по общему правилу защита соответствующего права (интереса) заявителя должна осуществляться через подачу им возражений со ссылкой на недопустимость извлечения управляющим преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса РФ). Такие возражения должны быть поданы заявителем и рассмотрены судом при разрешении ходатайства арбитражного управляющего о взыскании вознаграждения с заявителя по делу о банкротстве.

Применительно к настоящему делу ФНС России после завершения конкурсного производства в отношении артели при разрешении требования о взыскании вознаграждения арбитражного управляющего могла возражать против возложения на нее данных расходов в пределах сумм причиненных управляющим убытков, указывая на необходимость отказа в удовлетворении требования управляющего.

Однако соответствующие возражения не были рассмотрены судом при разрешении обособленного спора о взыскании вознаграждения. По смыслу разъяснений, изложенных в абзаце третьем пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 25.12.2013 N 97 "О некоторых вопросах, связанных с вознаграждением арбитражного управляющего при банкротстве", если вопрос (возражение) о снижении вознаграждения арбитражного управляющего не был рассмотрен судом при установлении соответствующего вознаграждения, участвующее в деле о банкротстве лицо вправе потребовать от управляющего возврата соответствующей части выплаченной ему суммы. Данные разъяснения в силу пункта 1 статьи 3 Федерального конституционного закона от 04.06.2014 N 8-ФКЗ "О внесении изменений в Федеральный конституционный закон "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и статью 2 Федерального конституционного закона "О Верховном Суде Российской Федерации" являются действующими и обязательными к применению.

Таким образом, в этой части не исключалась возможность предъявления ФНС России иска о возврате управляющим суммы вознаграждения уполномоченному органу.

В отношении второго вида затрат Судебная коллегия исходит из следующего.

При рассмотрении обособленных споров о взыскании с уполномоченного органа в пользу третьих лиц вознаграждения за услуги, оказанные ими в процедурах банкротства, ФНС России в качестве возражения в принципе не могла ссылаться на внутренние отношения кредиторов с арбитражным управляющим, касающиеся предыдущего расходования конкурсной массы (пункт 3 статьи 308 Гражданского кодекса РФ). Поэтому в данной части в рамках упомянутых обособленных споров расходы в любом случае подлежали взысканию с уполномоченного органа. При этом такое взыскание не освобождало виновное лицо от выплаты заявителю компенсации в возмещение возникших убытков.

Таким образом, заявленное уполномоченным органом в настоящем деле требование о возврате управляющим полученного им вознаграждения и о последующем переложении на него расходов на оплату услуг привлеченных лиц (пункты 1 и 3 статьи 59 Закона о банкротстве) как на лицо, виновное в недостаточности средств должника на их покрытие, является допустимым средством правовой защиты, которое могло быть применено в настоящем деле (пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса РФ).

С учетом изложенного, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ отменила постановления апелляционного суда и суда округа, дело направила на новое рассмотрение.


Определение Верховного Суда РФ от 25.01.2018 N 301-ЭС17-13352 по делу N А31-4923/2014

Прирост активов инвестора за счет уменьшения рыночной стоимости доли бывшего единственного участника ООО, являющегося банкротом, причиняет вред кредиторам последнего

В рамках дела о банкротстве должника (ИП) конкурсный управляющий его имуществом обратился в суд с заявлением о признании недействительными сделок:

по уменьшению 100-процентной доли участия должника в ООО номинальной стоимостью 5 000 000 рублей посредством увеличения уставного капитала общества и введения в его состав нового участника;

по выходу должника из состава участников ООО с последующим распределением его доли в пользу нового участника.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий имуществом должника просил отменить определение суда первой инстанции, постановления судов апелляционной инстанции и округа в части, касающейся отказа в удовлетворении заявленных требований.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ посчитала, что определение суда первой инстанции, постановления судов апелляционной инстанции и округа в обжалуемой части подлежат отмене по следующим основаниям.

В отношении должника введена процедура наблюдения, наложен арест на принадлежащее должнику имущество и имущественные права.

Затем на основании решения должника и нового участника последний введен в состав участников общества с 50-процентной долей участия, а доля должника уменьшилась до 50 процентов. Данные действия совершены со ссылкой на увеличение уставного капитала общества за счет внесения новым участником дополнительного вклада.

Впоследствии на основании заявления должника о выходе из общества его 50-процентная доля участия перешла к обществу и перераспределена в пользу нового участника, который стал обладателем 100-процентной доли участия в обществе.

Решением арбитражного суда первой инстанции должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества открыта процедура конкурсного производства.

Отказывая в удовлетворении требований о признании недействительными сделок, связанных с увеличением уставного капитала общества за счет внесения дополнительного вклада нового участника и введением его в состав общества, суды сочли, что снижение номинальной стоимости изначально принадлежащей должнику доли не произошло, и, как следствие, не возникли вредоносные последствия для кредиторов должника.

Однако Верховный Суд РФ посчитал, что судами не учтены следующие обстоятельства.

Сам по себе тот факт, что после принятия решения об увеличении уставного капитала и введения в состав ООО нового участника не изменилась номинальная стоимость доли участия должника в обществе, не свидетельствует ни о действительности соответствующих сделок, ни об отсутствии нарушения прав кредиторов.

Для разрешения вопроса о причинении сделками вреда кредиторам судам следовало проанализировать изменение рыночной стоимости доли должника в результате совершения спорных операций по увеличению уставного капитала.

Как указывали заявители, 100-процентная доля участия в обществе имела высокую рыночную стоимость. Обществу принадлежали значительные ликвидные активы (доли в праве собственности на земельные участки, нежилые помещения, транспортные средства).

В ситуации принятия единственным участником общества формального решения об увеличении уставного капитала за счет дополнительного вклада третьего лица, невнесения этим третьим лицом реального дополнительного вклада (либо внесения им символического дополнительного вклада) и при установлении обстоятельств, указывающих на взаимосвязанность упомянутых действий и последующих действий по выходу из общества бывшего единственного участника, перераспределению его доли в пользу нового участника, соответствующие сделки подлежат признанию притворными, прикрывающими прямое безвозмездное отчуждение доли. В свою очередь, прикрываемая сделка является недействительной (ничтожной).

При получении инвестором доли, наделяющей его имущественными и корпоративными правами, явно не соответствующими объему внесенного им дополнительного вклада, обмен ценностями не является эквивалентным. В этом случае, по сути, приобретение доли осуществляется инвестором как за счет его дополнительного вклада, так и за счет вложений в общество, сделанных ранее бывшим единственным участником, то есть происходит прирост активов инвестора за счет снижения актива бывшего единственного участника (уменьшения размера его доли в стоимостном выражении), причиняя тем самым вред кредиторам последнего.

Эти нарушения норм права являются существенными, без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов кредиторов должника, в связи с чем определение суда первой инстанции, постановления судов апелляционной инстанции и округа Верховным Судом РФ признаны подлежащими отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции в отмененной части.


Определение Верховного Суда РФ от 25.01.2018 N 310-ЭС17-14013 по делу N А48-7405/2015

Гражданин, признанный банкротом, для освобождения от исполнения обязательств должен действовать добросовестно, честно сотрудничать с кредиторами и финансовым управляющим, открыто взаимодействать с судом

По заявлению гражданина арбитражным судом было возбуждено производство по делу о его несостоятельности (банкротстве). Впоследствии определением суда была завершена процедура реализации имущества гражданина, и к должнику не были применены правила об освобождении от исполнения обязательств. Постановлением апелляционного суда определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Принимая решение о неприменении к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего. Суды установили, что гражданин действовал недобросовестно в ходе процедуры банкротства, а именно в объяснениях он указывал на то, что работает в организации и получает там заработную плату, хотя на самом деле также являлся руководителем в двух других организациях. Кроме того, по приговору суда, вынесенному в отношении должника, он скрыл сумму полученного дохода, указав в декларациях заведомо ложные сведения, что привело к занижению подлежащих уплате в бюджет сумм налога.

Отменяя судебные акты, окружной суд счел, что само по себе непредставление должником сведений о работе в двух других организациях в рассматриваемом случае существенно не повлияло на формирование конкурсной массы и возможность удовлетворения требований кредиторов, поскольку размер полученной должником заработной платы в указанных организациях был значительно меньше общего размера задолженности перед кредиторами. По мнению суда для правильного разрешения спора необходимо было проверить, не истек ли срок принудительного взыскания задолженности перед бюджетом.

Верховный Суд РФ указал, что судом округа не было учтено следующее. По общему правилу, обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение. Институт банкротства граждан предусматривает иной механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом. Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" установлен перечень признаков недобросовестного поведения гражданина, исключающих возможность использования особого порядка освобождения от погашения задолженности через процедуры банкротства. К числу таких признаков закон относит непредоставление гражданином необходимых сведений (предоставление заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве. В процедурах банкротства на гражданина-должника возлагаются обязательства по предоставлению информации о его финансовом положении, в том числе сведений об источниках доходов.

Неисполнение данной обязанности не позволяет оказать гражданину действенную и эффективную помощь в выходе из кризисной ситуации через процедуру реструктуризации долгов, создает препятствия для максимально полного удовлетворения требований кредиторов, свидетельствует о намерении получить не вытекающую из закона выгоду за счет освобождения от обязательств перед лицами, имеющими к нему требования. Подобное поведение неприемлемо для целей получения привилегий посредством банкротства.

Суд вправе отказать в применении соответствующих положений закона о банкротстве лишь в том случае, если будет установлено, что нарушение, заключающееся в нераскрытии необходимой информации, являлось малозначительным либо совершено вследствие добросовестного заблуждения гражданина-должника. Бремя доказывания указанных обстоятельств лежит на самом должнике. В рассматриваемом случае должник соответствующие обстоятельства не подтвердил. Он умышленно скрыл информацию о замещении им должностей руководителей в двух коммерческих организациях. Ведение документации предприятий, о которых должник сознательно умолчал, находилось в сфере его контроля как руководителя. Поэтому само по себе то, что отраженная должником сумма дохода от исполнения полномочий единоличных исполнительных органов была существенно ниже совокупного размера требований кредиторов, не характеризует правонарушение как малозначительное.

С учетом изложенного к должнику, уклонившемуся от предоставления финансовому управляющему, кредиторам и суду необходимых сведений, не подлежали применению правила об освобождении от исполнения обязательств.


Определение Верховного Суда РФ от 19.12.2017 N 59-КГ17-17

Лица, не привлеченные к участию в деле, вправе обжаловать в апелляционном порядке решение суда первой инстанции в случае, если данным решением разрешен вопрос об их правах и обязанностях

Физическое лицо было признано банкротом и в отношении него введена процедура реализации имущества.

В реестр требований кредиторов должника были включены другое физическое лицо - займодавец, а также банк, который обжаловал решение о приоритетном включении данного лица в указанный реестр.

Оставляя апелляционную жалобу банка без рассмотрения, суд апелляционной инстанции исходил из того, что оспариваемые судебные акты должны не просто затрагивать права и обязанности конкурсных кредиторов, а быть принятыми непосредственно об их правах и обязанностях. Однако акт, которым был бы разрешен вопрос о правах и обязанностях банка, отсутствует.

Суд апелляционной инстанции указал на то, что факт признания займодавца кредитором должника-банкрота не свидетельствует о нарушении прав банка, несмотря на уменьшение доли требований банка в общем размере требований кредиторов. Следовательно, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для привлечения банка к участию в деле, поскольку спорные правоотношения возникли между сторонами договора, участником которых банк не являлся, на момент рассмотрения спора требования банка не были включены в реестр требования должника, решением суда первой инстанции права банка не затронуты и какие-либо обязанности не возложены, наличие заинтересованности банка в исходе дела само по себе не наделяет его правом на обжалование судебных актов.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ находит приведенные выводы ошибочными, сделанными без учета требований закона.

Согласно разъяснению, содержащемуся в абзаце четвертом пункта 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 г. N 13 "О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции", в силу части 4 статьи 13 и части 3 статьи 320 Гражданского процессуального кодекса РФ лица, не привлеченные к участию в деле, вправе обжаловать в апелляционном порядке решение суда первой инстанции в случае, если данным решением разрешен вопрос об их правах и обязанностях, то есть они лишаются прав, ограничиваются в правах, наделяются правами и (или) на них возлагаются обязанности. При этом такие лица не обязательно должны быть указаны в мотивировочной и (или) резолютивной частях судебного постановления.

В силу пункта 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 данного федерального закона.

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих обоснованность указанных требований документов.

Указанные требования включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

В силу пункта 3 статьи 100 Закона о банкротстве возражения относительно требований кредиторов могут быть предъявлены в арбитражный суд внешним управляющим, кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов. Такие возражения предъявляются в течение тридцати дней с даты включения в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве сведений о получении требований соответствующего кредитора. Лица, участвующие в деле о банкротстве, вправе заявлять о пропуске срока исковой давности по предъявленным к должнику требованиям кредиторов.

При наличии возражений относительно требований кредиторов арбитражный суд проверяет обоснованность соответствующих требований кредиторов. По результатам рассмотрения выносится определение арбитражного суда о включении или об отказе во включении указанных требований в реестр требований кредиторов. В определении арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов указываются размер и очередность удовлетворения указанных требований (пункт 4 статьи 100 Закона о банкротстве).

По смыслу приведенных норм права, при наличии возражений конкурсных кредиторов требования кредиторов должника проверяются на предмет их обоснованности арбитражным судом.

Вместе с тем в соответствии с абзацем вторым пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Исходя из вышеизложенного, если судебным актом суда общей юрисдикции, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование другого кредитора, разрешен вопрос о правах и обязанностях лиц, участвующих в деле о банкротстве, конкурсные кредиторы вправе обжаловать указанный судебный акт в соответствии с нормами Гражданского процессуального кодекса РФ.

Право оспорить судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, является особым средством защиты, предоставляемым по специальному основанию строго определенному кругу лиц, в том числе конкурсным кредиторам, и подразумевает наличие возможности представить новые доказательства и заявить новые доводы в обоснование своей позиции по спору. При этом то обстоятельство, что процедура банкротства введена в отношении должника после принятия оспариваемого судебного акта, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование, само по себе правового значения не имеет.

Поскольку на момент рассмотрения апелляционной жалобы требования банка были включены в реестр требований кредиторов и заявитель являлся конкурсным кредитором, то он обладал правом на оспаривание решения суда, на котором основано требование конкурсного кредитора-займодавца.

С учетом изложенного Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам областного суда, дело направила на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.



Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве"

Привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов в деле о банкротстве

Верховным Судом подчеркивается, что при применении данного механизма судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта, его самостоятельную ответственность, наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии и согласовании деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица.

Постановление также содержит следующие выводы, в частности:

по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия;

осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия или отсутствия формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении) - суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника;

под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы (суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством);

в случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства;

списание кредитором задолженности в рамках своей учетной политики, например списание уполномоченным органом задолженности должника по обязательным платежам в связи с его ликвидацией или исключением из государственного реестра, списание кредитной организацией безнадежной задолженности должника по ссудам, само по себе не является препятствием для последующей подачи заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к ответственности по таким списанным обязательствам и не может служить единственным основанием для исключения списанной задолженности из общего размера ответственности контролирующего лица;

в заявлении о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности в том числе должны быть указаны обстоятельства, на которых основаны утверждения заявителя о наличии у ответчика статуса контролирующего лица, и подтверждающие их доказательства.

Определение Верховного Суда РФ от 18.12.2017 N 305-ЭС17-12763(1,2) по делу N А40-698/2014

В деле о банкротстве с целью защиты интересов кредиторов могут оспариваться любые юридические факты, которые негативно влияют на имущественную массу должника

Верховный Суд РФ указал, в частности, следующее.

К фактам, которые негативно влияют на имущественную массу должника, могут быть отнесены действия, направленные на исполнение любых обязательств должника, совершенные третьими лицами (а не самим должником) сделки за счет должника, ненормативные правовые акты, оформляющие сделки по отчуждению имущества или прекращению имущественных прав должника, и др.

Во всех названных случаях право на иск имеется в том числе в силу того, что на законодательном уровне интересы неудовлетворенных кредиторов как гражданско-правового сообщества признаются более значимыми по сравнению с интересами конкретных кредиторов, получивших имущественный актив от неплатежеспособного лица в индивидуальном порядке, в целях выравнивания положения (возможности на получение удовлетворения) всех кредиторов, обладающих равным правовым статусом.

Разрешая вопрос о том, допустимо ли по специальным правилам законодательства о банкротстве оспаривать решение общего собрания акционеров другого юридического лица (не должника), а также дополнительную эмиссию акций данного лица, необходимо учитывать интересы участников рынка ценных бумаг, ценность стабильности оборота на данном рынке, связанную, в частности, с возможностью дальнейшего обращения выпущенных акций и защитой их последующих добросовестных приобретателей. При таких условиях Верховный Суд РФ пришел к выводу, что, по общему правилу, оспаривание названных корпоративных юридических фактов недопустимо в силу преобладания общественных интересов по защите соответствующего рынка как имеющего принципиальное значение для экономики в целом над интересами кредиторов несостоятельного лица.

Вместе с тем имеются ряд исключительных особенностей. Так, в рассматриваемом деле конкурсный управляющий и залоговый кредитор отмечали, что до эмиссии дополнительных акций должник являлся мажоритарным акционером юридического лица (теплоцентрали), ему принадлежал пакет размером более 67 процентов акций данного юрлица. В результате дополнительного выпуска доля должника в уставном капитале теплоцентрали сократилась до 2,69 процента, при этом право приобрести более 90 процентов от общего числа акций получила офшорная компания по цене приблизительно 300 000 руб., в то время как такой пакет акций, по утверждению заявителей, стоил более 30 млн. руб., что составляло более пяти процентов балансовой стоимости активов должника. Все названные действия совершены после введения процедуры наблюдения. Кроме того, уменьшение без встречного предоставления пакета акций должника в теплоцентрали (единственного ликвидного актива) обесценило и обеспечение, установленное в пользу общества как залогового кредитора.

В ситуации, когда корпоративные процедуры в дочернем обществе используются исключительно с целью причинения вреда кредиторам должника, с целью сокрытия имущества (пакета акций) от обращения на него взыскания кредиторами материнской компании, суд ввиду отсутствия иных эффективных способов судебной защиты в деле о банкротстве данной компании вправе рассмотреть требования об оспаривании соответствующих корпоративных действий (фактов) в дочернем обществе по специальным правилам законодательства о банкротстве. При этом также учитывается, что должник на момент проведения внеочередного общего собрания обладал контрольным пакетом акций в теплоцентрали, являлся единственным акционером, принявшим участие в общем собрании и голосовавшим по включенным в повестку дня вопросам (фактически должник единолично формировал волю данного общего собрания и без него решение о выпуске дополнительных акций не могло бы быть принято).

С учетом изложенного, Верховный Суд РФ принял решение направить дело на новое рассмотрение, при котором следует учесть вышеперечисленные позиции и проверить, формировало ли общее собрание акционеров теплоцентрали свою волю самостоятельно (исходя из интересов самой теплоцентрали) или служило исключительно прикрытием действий должника по выводу собственных активов.

http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc;base=ARB;n=522594#utm_campaign=fd&utm_source=co...


<Письмо> ФНС России от 29.11.2017 N СА-4-18/24213 "О направлении обзора судебных актов"

ФНС России представлен обзор правовых позиций по результатам рассмотрения споров, связанных с процедурами банкротства, за 3 квартал 2017 года

В обзоре приведены решения судебных органов по вопросам оспаривания сделок, включения требований в реестр требований кредиторов, оспаривания необоснованных требований кредиторов, привлечения к субсидиарной ответственности; назначения арбитражного управляющего, признания действий (бездействия) арбитражного управляющего ненадлежащим, взыскания убытков, установления размера процентов по вознаграждению арбитражного управляющего, квалификации денежного требования в качестве текущего, замещения активов, введения процедуры банкротства.

Приведены, в частности, следующие позиции судов:

сделка может быть признана недействительной при неравноценном встречном исполнении в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в случае если поведение сторон сделки очевидно свидетельствует о направленности их воли исполнить договор при неравноценном встречном предоставлении;

при наличии доводов о мнимости и притворности договоров, на основании которых лицо заявляет требования о включении в реестр требований кредиторов должника, суд не должен ограничиваться формальной проверкой представленных сторонами документов, а должен принимать во внимание иные доказательства, подтверждающие наличие фактических договорных отношений;

в случае неисполнения судебного определения об обязании передать документы с бывшего руководителя должника в пользу конкурсной массы подлежит взысканию судебная неустойка в соответствии с пунктом 1 статьи 308.3 ГК РФ;

лицо, осуществлявшее полномочия конкурсного управляющего в период расчетов с кредиторами, должно зарезервировать на счете должника сумму процентов по вознаграждению конкурсного управляющего;

во взыскании задолженности может быть отказано при представлении кредиторами должника доказательств, свидетельствующих о формальном характере цепочки сделок (операций), не влекущих какого-либо экономического эффекта хозяйственной деятельности;

при замещении активов на вновь образованные акционерные общества, не являющиеся стороной договора купли-продажи акций, и их потенциальных покупателей действующее законодательство не возлагает обязанность по сохранению целевого назначения имущества предприятия-банкрота;

при рассмотрении заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) моментом для определения наличия либо отсутствия признаков банкротства является дата принятия к производству такого заявления, а не дата возникновения задолженности, послужившей основанием для его подачи.

http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_283921/#utm_campaign=hotdocs&utm_source=consultant&ut...


<Письмо> ФНС России от 21.07.2017 N АС-4-18/14302 "О направлении обзора судебных актов"

  ФНС России представлен обзор правовых позиций по результатам рассмотрения споров, связанных с процедурами банкротства, за 1 полугодие 2017 года

В обзоре приведены решения судебных органов по вопросам субсидиарной ответственности, взыскания убытков, оспаривания сделок, признания действий (бездействия) арбитражного управляющего ненадлежащими, оспаривания необоснованных требований кредиторов. В обзоре отмечено, в частности, следующее:

судебное признание сделки недействительной в условиях отсутствия фактического возмещения имущественных потерь не препятствует взысканию убытков с директора должника;

действия лиц, контролирующих должника, по передаче активов в пользу третьих лиц без встречного исполнения и по заниженной цене являются основанием для их привлечения к субсидиарной ответственности;

если условия оспариваемой сделки отличаются от условий аналогичных сделок в существенно худшую сторону, такая сделка подлежит признанию недействительной как неравноценная;

заключение нового договора хранения при оспаривании предыдущего следует рассматривать как создание реституционного иммунитета в отношении спорного имущества, что не отвечает целям конкурсного производства;

нарушения, направленные на возникновение риска утраты возможности увеличения конкурсной массы, являются существенными и влекут необходимость отстранения конкурсного управляющего;

при реализации конкурсного имущества организации-банкрота после 01.01.2015 НДС взиматься не должен, счет-фактура должен выставляться без выделенной суммы НДС.

http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_282991/#utm_campaign=fd&utm_source=consultant&utm_med...


"Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 4 (2017)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15.11.2017)

Верховный Суд РФ представил четвертый обзор судебной практики в 2017 году

В документе рассмотрены материалы судебной практики по уголовным делам (в том числе в части определения размера наказания за покушение на убийство, исчисления срока давности уголовного преследования за вымогательство), по гражданским делам (разрешение споров, связанных с исполнением обязательств, с защитой прав потребителей, с трудовыми отношениями), процессуальные вопросы, практика применения законодательства о банкротстве, земельного законодательства, споры, возникающие из обязательственных правоотношений, практика применения законодательства о налогах и сборах, таможенного законодательства, даны разъяснения по вопросам, возникающим в судебной практике, проанализирована практика международных договорных органов (ООН, ЕСПЧ).

http://www.vsrf.ru/documents/practice/24411/


<Письмо> ФНС России от 29.06.2017 N СА-4-18/12520@ "О направлении обзора судебных актов"

ФНС России представлен обзор правовых позиций по результатам рассмотрения споров, связанных с процедурами банкротства

В обзоре приведены решения судебных органов по вопросам субсидиарной ответственности, взыскания убытков, оспаривания сделок, признания действий (бездействия) арбитражного управляющего ненадлежащими, проведения торгов, заключения мирового соглашения. Сообщено, в частности, следующее:

при наличии доказательств, свидетельствующих о существовании причинно-следственной связи между действиями контролирующего лица и банкротством подконтрольной организации, бремя доказывания обоснованности и разумности своих действий перекладывается на контролирующее лицо;

ликвидация должника, признанного банкротом, не является препятствием для рассмотрения требования о привлечении его бывшего руководителя к субсидиарной ответственности;

учредитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности в связи с утверждением отчетности должника, содержащей искаженные данные;

систематическая передача денежных средств под отчет при отсутствии предоставления отчетности о расходовании денежных средств либо их возврата может рассматриваться как действие, направленное на вывод активов из хозяйственного оборота организации;

отношения по выплате дивидендов относятся к корпоративным отношениям обязательственного характера, поэтому выплата дивидендов может быть оспорена как на основании Закона о банкротстве, так и Гражданского кодекса РФ;

право на оспаривание сделки имеет как отдельный кредитор, так и множество кредиторов, если общий размер их требований составляет более 10% от размера требований, включенных в реестр требований кредиторов должника;

конкурсный управляющий может быть отстранен судом от исполнения возложенных на него обязанностей и в том случае, если кредиторы до подачи соответствующей жалобы в суд не обращались к конкурсному управляющему с заявлениями об устранении нарушений;

необоснованное открытие нового расчетного счета, приведшее к нарушению очередности погашения текущих платежей, может служить основанием для взыскания с конкурсного управляющего убытков;

конкурсный управляющий обязан приступать к выплате собственного вознаграждения только после погашения иных видов текущих, а также эксплуатационных платежей, в том числе напрямую не связанных с обеспечением сохранности имущества должника;

при продаже имущества посредством публичного предложения размер задатка исчисляется исходя из цены, которая является начальной продажной ценой на конкретном этапе публичного предложения, а не из цены продажи на первом этапе.

http://www.consultant.ru/document/cons_doc_LAW_279967/